Много лет меня мучил вопрос о том, кто такой Павлин из романа “Третья девушка” Агаты Кристи. Вернее, не “кто такой” (Дэвид Бейкер, художник, промышляющий подделками), а “что это такое у него со стилем”. Выяснение этого вопроса превратилось для меня в своего рода детектив внутри детектива.

Из упоминаний в самом романе (пожалуй, самом шестидесятническом из всех, написанных леди Агатой) следовало, что молодой человек восхитительно хорош собой от природы, - и, кроме того, подобный типаж был Пуаро хорошо знаком, но он встречал его в другой обстановке — на лондонских улицах и даже на званых вечерах. Представитель современной молодежи: черный пиджак, вышитый бархатный жилет, не в меру облегающие брюки, буйные каштановые кудри, до самых плеч. Выглядел он на редкость живописно и был весьма пригож, так что в нем не сразу можно было распознать мужчину.

До недавнего времени у меня, как у плохого следователя, никак не складывались в одну картину известные мне факты:

(далее…)

Вот актуализировался крой, при котором линия подола оказывается длиннее по бокам, чем спереди и сзади. Самое интересное в этом крое - то, как он зрительно изменяет женский силуэт: бедра становятся широкими, талия и плечи - узкими, при этом общий контур фигуры от середины тела вниз оказывается прямым или почти прямым. Тут бы можно было поговорить про широко обсуждающуюся сейчас “отмену худобы”, но занятнее другое: удлиненные бока вещи не расширяют низ женской фигуры в целом, - они зрительно уплощают его: сплющивают спереди и сзади и расширяя с боков. Соответственно, уже в коллекциях ближайшего, зимнего, сезона начинают появляться платья или брюки с объемными вставками по бокам. Силуэт идет вширь.

Естественным образом, - как и всегда при зарождении тренда, - пытаешься угадать,  как будет выглядеть его пик, - и быстро вспоминаешь о панье; причем не просто о панье, а о  ”панье с локотками”:

(далее…)

Тема  дизайнерских противогриппозных масок сейчас с удовольствием муссируется прессой и блогами (в art-of-shopping - отличный пост с картинками), но самый интересный ее аспект, кажется, выпадает из сферы внимания. Этот аспект касается того, что в западной культуре мода давно перестала заботиться о прикрывании лица по необходимости, а не для красоты (солнцезащитные очки - в некотором смысле, осколок этой темы).

Текущий сезон масок оказывается как бы продолжением давно прервавшейся традиции, в рамках которой и вуаль защищала лицо, и венецианская маска начиналась с необходимости напихать себе под нос чеснока и трав во время чумы и так с ними ходить, и фата была нужна для дела (ритуальное дело - тоже дело). Неизвестно, что будет с гриппом, но для моды этот сюжет показателен и важен, причем не только в деле непрерывности традиции: в такие моменты мода демонстрирует, что способна не только неприятным образом прагматизировать эстетику, но и приятным образом эстетизировать прагматику, - даже (и особенно) во время свиной чумы.

Здесь бы еще сказать про:

• Всю тему “мода во время чумы” (войны, болезни, кризиса, всего остального).

Disclaimer: Картинки к постам про RFW будут добавлены позже. О том, что принято называть experience, я буду во все дни RFW писать пишу в “Сноб“, а в этот блог буду выкладывать какие-то более технические вещи.

Christiano Burani

• Совершенно завораживающая работа с цветной декоративной фурнитурой, повторяющейся и на ожерельях, и на вещах.
• Еще один пример часто используемого в этом сезона приема сочетания легких тканей и тяжелой фурнитуры, придающей самой ткани и вес, и объем.

(далее…)

Совершенно двинутые заячьи ушки, которыми Louis Vuitton довели всех до помешательства в прошлом сезоне, породили тренд: головные уборы с ушками появились в коллекциях A/W 2010 у Moschino Cheap&Chic и Maison Michel, а на рекламе аромата Ricci Ricci by Nina Ricci даже не пытаются притвориться частью головного убора.

С одной стороны - привет, cosplay, мы так ждали тебя в повседневной жизни. С другой стороны - очень напоминает историю Ивлина Во про зеленые котелки (далее…)